Духовное и материальное

Сервис

Харе Кришна! Уважаемый Мадана-Гопал прабху! Я являюсь Вашим давним читателем, но мне не совсем понятно, зачем Вы пишете материалистические произведения, разве они не мешают духовному продвижению? Ведь когда человек пишет что-то его разум целиком и полностью поглощён процессом! Давно волновал меня этот вопрос!

Ваш читатель, Александр

 

Чтобы лучше понять ваш вопрос, было бы неплохо увидеть названия тех текстов, которые вы определили как материалистические. Просто не совсем понятно, что подразумевается под этим определением.

Но я попробую ответить в общем, тем более, что подобные вопросы от преданных иногда проявляются. Редко высказываются вслух, но часто подразумеваются.

Первое. Понятие духовности и материалистичности — это не абсолютная величина. То, что для одного человека может быть духовным поступком или пониманием, для другого — всего лишь форма материализма. Например, для мирского человека единожды прийти в храм и, представ перед Божествами, попытаться пропеть мантру — очень духовная самскара, если можно так выразиться. Но для «старого преданного» просто прийти и встать перед Божествами, думая о своих «насущных» проблемах и механически шевеля языком положенные мантры и молитвы, будет уже материализмом. Внешне, это одно и то же действие — пение для Божеств, но для одного — это духовность, а для другого — материализм. И это пример «явно духовной» деятельности. С другим же еще сложнее. Поэтому, если вернуться к нашей теме, один и тот же рассказ может быть духовным для одного и материалистическим для другого. То, что вы оцениваете, как непонятно зачем написанный материализм, для кого-то может быть толчком в нужном направлении.

Второе. Я тоже не статичный объект, мое понимание, реализации, духовный уровень изменяются, но тексты остаются, как написанные двадцать лет назад, когда я был школьником, только-только пробующим излагать мысли и идеи на бумаге, так и проявленные после какого-нибудь мощного духовного импульса. Поэтому когда появляется новый читатель, особенно из числа преданных, он может недоумевать, как этот Мадана-Гопал, «написавший вот этот великолепный, глубокий текст, написал и вот эту мерзкую дрянь?!» Или, «ну как можно так глубоко понимать сиддханту, понимать шастры, переводить с санскрита и при этом вести бессмысленные дневники в интернете со всякой всячиной?» Ну и тому подобное.

Так что на счет «когда человек пишет что-то, его разум целиком и полностью поглощён процессом» вы правы, но ошибка в том, что если для меня в какой-то момент была важна, например, тема Х, и я ее обдумывал, написал по ней текст, то это не значит, что я теперь всегда, когда кто-то прочитает этот текст, снова думаю об этой теме, хотя для читателя может так казаться, потому что ОН САМ в этот момент получает результат обдумывания этой темы, который, к тому же, для него далеко не всегда актуален в этот момент.

Третье. А сейчас, наверное, самое важное для вас. Не мешают ли размышления на так называемые материалистические темы (социум, секс, музыка, литература, взаимоотношения, семья…) духовному развитию?

Вы знаете, что в «Бхагавад-Гите» буддхи-йога, или познание, связь с Богом через разум, приравнивается к бхакти-йоге. Я сейчас попробую объяснить почему.

Восприятие реальности и процесс познания не может быть прямым, он так или иначе опосредован. При этом у нас всего три инструмента для восприятия действительности, которые на санскрите называются пратьякша, анумана и шабда. Или, если примерно перевести на русский: 1) непосредственное восприятие мира через чувства (осязание, зрение, слух, обоняние, вкус); 2) логический анализ, мышление; и 3) доверие авторитетному утверждению.

Пример. Мать говорит ребенку, что зеленое яблоко — незрелое, кислое, а красное — сладкое. Это шабда. Для ребенка мать авторитетна, и он принимает это утверждение как оно есть, даже если не представляет себе, что такое яблоко. Но рано или поздно, шабда ДОЛЖНА дополниться пратьякшей, то есть ребенок должен получить в руки красное яблоко, попробовать его и убедиться, что оно действительно сладкое. Если такой пратьякши не будет, то утверждение авторитета «зеленое яблоко — кислое, а красное — сладкое» останется своего рода бессмысленной заповедью, которая есть, но ни к чему не обязывает, потому что «яблока этого никто не видел».

Когда же шабда подтверждается пратьякшей, знание становится «индивидуально имеющим смысл», то есть обретает значение для данного конкретного ребенка.

Страницы: 1 2

РанееНечестная двойственность ДалееТрудный переулок, или Притча про велосипедиста и злых собак

Читать похожее

Комментировать