Любовь Человека

Сервис

«Эх, не понимаю я! Ну да тебе виднее. Но все равно послушай, что я давно хотел тебе сказать: ты ее любишь по ихнему, стараешься для нее, всю энциклопедию Ауиниоана изучил, но тебе не кажется, что справедливо было бы… — Уэд притих, словно подбирая формы мыслям, — чтобы и она попробовала любить, как любят люди!..»

«Любовь выше справедливости! — возмутился я. — Если я начну считать, что она мне что-то должна, потому что я ее люблю, то какая это любовь?! С точки зрения справедливости, ты наверное прав, и ей бы тоже надо было попробовать полюбить меня, но с точки зрения любви, она мне ничего не должна за мою любовь!»

«Ты прав… — грустно согласился Уэд. — Но, может быть, она бы и хотела, просто не знает об этом».

«Как можно хотеть того, о чем не знаешь?»

«Очень даже можно! Помнишь, манганолу?..»

«О, мой любимый фрукт! — Мне тут же захотелось впиться зубами в сочный, красно-оранжевый плод.

«А еще год назад ты о нем не знал, но ведь тоже хотел, как хочешь сейчас. Я тебе его показал, и твое желание манганолы с незнанием этого желания, сменилось нормальным желанием…»

«Я понимаю, что ты хочешь сказать, но трудность в том, что даже если Лина захочет попробовать полюбить, как люди, у нее не получится. Она даже говорить не умеет по-настоящему, что уж говорить о другом!..»

Мы грустно замолчали…

«Ребята, знаете, что я подумала…» — вдруг раздался голос Даны.

До этого она в разговор не вмешивалась, хотя и слушала, — я отчетливо чувствовал ее внимательное присутствие. Дана сидела и бросала камешки в реку, а теперь перестала. И посмотрела на нас. Мы повернулись.

«Чтобы желать манганолу, надо сначала о ней узнать, а потом увидеть. И даже если плод висит так высоко, что не допрыгнуть, все равно его надо увидеть, прежде чем попытаться сорвать… Твоя Лина не способна попробовать человеческую любовь, но пусть она на нее хотя бы посмотрит… А, любимый, как думаешь?.. Если она придет на наше озеро? Все равно у нас пока толком не получается, так хоть она посмотрит…»

«Я не против, пусть приходит, конечно». — Уэд пожал плечами, немного погрустнев от слов-напоминаний о неудачах.

«Даже не знаю… — я задумался. — Кажется, что это неправильно — показывать что-то ценное и важное кому-то, кто все равно не сможет это попробовать… Словно дразнимся…»

«Может быть, — согласилась Дана. — Но мое женское чутье говорит, что в данном случае это будет правильно. Смотри сам. Как бы ни получилось, хуже не будет. По крайней мере, у нас темы для общения появятся интереснее, а не одна твоя однообразная тоска, от которой скоро и нам тошно станет…»

Дана, как и все женщины, бывала острой на язык… В такие моменты я иногда думал: «Может и хорошо, что моя любимая не умеет разговаривать?..»

* * *

«…А вообще, Дана очень добрая и хорошая, — думал я вечером, готовясь смерцать к любимой. — И она даже больше беспокоится о наших с Линой отношениях, чем Уэд. Вернее, не больше, а по-другому, по-женски. Я даже не очень улавливаю, как именно она беспокоится, от чего кажется, что «просто больше».

Она видит, что у нас не все в порядке, и раздражается, что ничего нельзя сделать. Ну, людица, что с нее возьмешь. Они чувствительнее переживают. Иногда так сильно, что внешне им приходится маскироваться, скрывая одно за другим. Вон, как утром, она сказала обидные слова, но лишь для того, чтобы заслонить свою боль от того, что мы с Линой никогда не сможем закружиться в любовном танце над зеркальной гладью озера. Я успел уловить этот образ у нее внутри, прежде чем она закрылась, а потому почти не обиделся…

Впрочем, пора оставить утренние впечатления! Теперь все мысли — моей любимой!..

Я сосредоточился и смерцал к Лине домой. Я уже привык к замкнутым пространствам, а потому немного задержался в своем углу. Лина опять что-то изменила, и я обязательно должен был это заметить…

Когда я стал каждый вечер приходить к ней домой, любимая устроила мне «телепортатор», как она говорила. Сначала просто расчистила угол в комнате, чтобы я не появлялся где попало и не ушибся о мебель.

Потом в этом углу появился ковер, потом цветы на стенах — сначала не настоящие, как и все в городе, но Лина заметила мой ужас при их прикосновении. Я старался не показать, но она заметила… Обиделась, но ненастоящие цветы убрала, а через два дня на стенах появились живые цветы в странных глиняных емкостях. Я так обрадовался!..

А однажды я появился, когда у Лины были гости. По-моему все испугались, так что я сразу смерцал обратно в лес. После этого мой угол был отгорожен ширмой. Стало тесно, но зато теперь Лина каждый день что-то улучшала в моем углу. Похоже, она меня все-таки любит, хоть и по-своему…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

РанееЖивые и Настоящие ДалееМужской манифест

Читать похожее

Комментировать