Неспетая песня

Сервис

Но всплески как отчаяния, так и вдохновения случались не часто. Обычно Син-син просто пел что-то привычное и выученное до оскомины…

В одну из ночей он как обычно встретил восход Луны и пропел полагающиеся в такой момент песни, а потом полетел искать удобную ветку, чтобы попытаться петь до утра. Последнее время Син-син так себя развлекал. Он полночи летал по лесу, оправдываясь перед собой и невидимым Дзе-дзином тем, что просто ищет самое удобное и подходящее место для пения. А когда уставал от полета, то садился куда-нибудь повыше и вяло пел. Обычно, даже с облегчением, потому что к тому времени Луна уже клонилась к горизонту, готовая уступить место рассвету.

Вот и сегодня Син-син сосредоточенно летал, ища «какую-нибудь особую ветку, на которой можно будет петь с вдохновением».

- Да, а вдруг от места зависит, как я пою? — привычно разговаривал сам с собой соловей. — Ведь иногда так хочется петь, а иногда нет сил даже на пару трелей. От чего это зависит? Вполне возможно, от дерева, на котором я сижу, а может, даже от ветки. Да-да! Наверняка, есть такое дерево, на котором я смогу петь всегда, просто надо его найти!

Так Син-син и летал по лесу, пробуя сидеть то на одном дереве, то на другом, а то всю ночь прыгая по различным ветвям одного дерева. Толку от этой беготни было мало. Если вдохновение накрывало на каком-то дереве, то на следующую ночь, все становилось, как обычно. Хотя Син-син старался сидеть там же, так же и петь в то же время.

- Ничего, я найду волшебное дерево, на котором можно хорошо видеть Луну и петь для Нее! — уговаривал себя соловей, внутри понимая, что все эти метания — глупость, и что это просто начался тот самый безнадежный полет, о котором предупреждал Дзе-дзин. Но Син-син старался не слышать голос старого соловья.

Сегодня это не удалось, и с самого восхода Луны в голове Син-сина звучали слова, произнесенные давно, но от этого не ставшие менее яркими: «…пение ради избавления от тоски не может быть чистым. Оно может превратиться в тот самый ускоряющийся полет с падением в конце. И только внешне будет казаться, что ты сидишь на ветке и поешь, а на самом деле — бежишь от тоски…»

- Я снова бегу, — наконец признался себе Син-син и грустно опустился на первую попавшуюся ветку. — Я не буду больше искать волшебных деревьев и чудодейственных веток. Надо петь. Петь, несмотря ни на что…

Син-син поднял голову и не увидел Луны. Она спряталась за облаками. Это случалось довольно часто и не было неожиданностью для соловья. Он просто вздохнул и попробовал несколько трелей. Вдохновения не было, петь не хотелось, но Син-син все-таки начал исполнять привычную песню, хорошо выученную и многократно отрепетированную:

 

Вся слава Тебе, о прекрасная Луна!
Ты сияешь на небе, Тебе рады леса.
Твой свет — облегченье, Твой свет — навсегда!
О слава Тебе, неземная Луна!

 

Син-син пел знаменитый гимн Луне, сочиненный очень давно. Автор гимна, говорят, пел каждую ночь, пока однажды Луна не заговорила с ним. После чего соловья никто не видел. Рассказывают, что он поднялся в небо и отправился к Той, кому пел всю жизнь свои песни.

Син-син исполнял знаменитый гимн, но вдруг поймал себя на мысли, что не понимает смысла того, о чем поет. Просто открывает рот и воспроизводит привычные трели.

«Опять я пою только горлом, а не сердцем…» — почти равнодушно, с едва заметной грустью, подумал Син-син и замолчал, с усилием пропев последний куплет:

 

…И Твой соловей с восторгом поет,
Забыв о себе, забыв про полет!
От счастья трепещет в сердце струна:
«Пою для Тебя! О Луна! О Луна!»

 

Едва Син-син закончил, как тучи расступились и в лесу стало светло. Луна улыбалась с высоты… Когда Луна появлялась не сама по себе, а из-за туч, Син-сину всегда казалось, что она улыбается. Но теперь ее появление сразу после песни не радовало соловья. Когда-то его восторгам при таком совпадении не было конца, потому что соловей верил — никакое это не совпадение, это Луна услышала его зов и откликнулась. А сейчас все было совпадением. Просто совпадением. И не было удивительной радости, не было возвышенного ликования в сердце… На секунду Син-син подумал, что теперь, даже если бы Луна действительно откликнулась, он принял бы это всего лишь за… Но соловей не успел как следует обдумать эту мысль, потому что услышал…

Как только появилась Луна, раздался тихий голос:

- Какая прекрасная песня…

У Син-син перехватило дыхание, и все мысли немедленно исчезли. Он уставился на Луну.

- Ты услышала меня? — прерывающимся голосом спросил соловей.

- Конечно, сложно было не услышать такое громкое и красивое пение! — снова сказал голос, на этот раз отчетливо, так, что теперь его нельзя было списать на шелест ветра или стрекот кузнечиков. Это действительно был голос. Но Син-син вдруг понял, что идет он не с небес, а откуда-то снизу.

Соловей опустил взгляд и чуть не упал с ветки!.. Внизу тоже сияла полная Луна!

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

РанееНебо на двоих, Долгая дорога Домой ДалееО "врагах" (из лекции)

Читать похожее

Комментировать