Открытки от одиночества

Сервис

Вдруг меня накрыл образ. Я высоко-высоко в небе. И я один. Нет, не один. Внутри кого-то. Нет. Я един с кем-то. И в небе. И весь мир — подо мной. А я — словно неземной. И гул сливается с биением сердца, а душа…

И это непередаваемое ощущение, этот мимолетный образ сказал много больше, чем слова и… и даже больше, чем паузы.

Кана замолчала, словно почувствовав, что слова уступили место более точному.

Мне захотелось поделиться в ответ чем-то столь же сокровенным, но незаконченная мысль про педали и ноги меня сбила.

— Я тоже люблю на своем катамаране ездить. Когда долго сидишь в мастерской, режешь эти доски надоевшие в пыли и стружке, да пусть даже интересную игрушку, но все равно же сидишь на одном месте, так потом сядешь на него и давай вокруг острова пару кружочков. Такой довольный потом, уставший, и снова можно доски делать. — Я старался говорить как она, но с каждым словом все сильнее ощущал неуместность сравнения живого Альвиса, с которым летает душа, и педального катамарана, на котором я просто разминаю засидевшуюся задницу. — Знаешь, я летал на выходные к родителям. Но пробыл там больше недели. Они все время слагают матрицу, и я тоже начал. Уже через день. Словно и не уезжал никуда. Оказался в семье. Как же это отличается от почти-браков! Когда долго живешь один, то, вроде как, и забываешь. Но стоит окунуться, почувствовать всех своих внутри… Хочешь, скажу, что я пообещал родителям? Да нет, даже не им, а себе самому в первую очередь!

— Скажи.

— У меня больше не будет почти-жен. — Я замолчал. Теперь мы поделились равным по сокровенности, и можно было просто крутить педали.

Кана тоже почувствовала момент и какое-то время молчала, возможно, пытаясь поймать образ.

— Поясни.

— Я хочу жениться по-настоящему. В древнем храме, с обрядом, с соком Священного Дерева. Чтобы матрицы слились, и мы были всегда вместе.

— Я в курсе, в курсе. Я знаю, что ты ищешь жену. Но при чем здесь почти-жены. Это же физическая потребность. Да и как искать без них? Может, одна из них — твоя настоящая? Поясни про вот это: «у меня больше не будет почти-жен».

— Отец считает, что каждая попытка создать семью без решимости ее создать уменьшает возможность найти настоящее. Нет, не так… Когда в матрице общаешься, то все так ясно и понятно, а вот пробую словами передать и…

— Я, кажется, поняла. Это как с первым самостоятельным полетом? Если все время садиться в кабину и откладывать, то решимости взлететь все меньше и меньше.

— Ну, не знаю, мне пришел другой образ…

— Слушай, тебе не кажется, что мы на одном месте крутим? — Кана пихнула меня под руку и показала на берег. — Я вот поглядываю все на наш маяк, вначале мы так бодро от него стали отдаляться, а сейчас уже пять минут такое ощущение, что впустую крутим.

Я огляделся. Солнце уже показалось на горизонте, но жарко было еще не от него, а просто от усилий. Внизу — глубина. Вода такая прозрачная, что видно дно, хотя здесь уже метров десять-двадцать, не меньше.

— Хм, и правда. Похоже, мы в течение попали. Вот, кстати, и подходящий образ! Продолжать жить с почти-женами, это как оказаться в течении. Педали крутишь, но остаешься на одном месте.

— Кончай с образами! Я уже устала, а мой Альвис как смеялся мне издалека, так и смеется.

Я приналег на педали, Кана поддержала. Через несколько минут с нас пот лил градом, но движение едва ощущалось.

— Ну, все, больше не могу, — сдалась Кана. Откинулась на кресло и вытянула ноги. — Пусть нас несет обратно к берегу и возьмем уже моторное что-то, пока Альвис вообще не смылся.

— Вот-вот. Я об этом и говорю. Нам всегда проще отпустить, прекратить усилия и плыть по течению.

— Перестань уже. Что делать-то? — Кана скорчила гримасу, явно показывая, что с аналогиями и философией все понятно, и пора завязывать с болтовней. Но я уже снова был не здесь, не на катамаране между двух синих бескрайностей, а внутри — в настоящей бесконечности. Сильное напряжение, и матрица сложилась. Еще вчера не надо было почти никаких усилий…

— Привет, пап. Мне хочется какого-то знака, что я прав. И что ты прав, папа. Это очень трудно будет. Я так привык к спокойной жизни. Точнее, привычной жизни.

«Привет, сынок… Ага, здорово у тебя там… Небо, океан, эх, даже искупаться захотелось! Подруге привет… Какой самолет, зачем ты?.. А, понял, ну, течение — это ерунда. Иногда можно и по нему плыть и все равно приплыть куда нужно. Не в течении дело…»

— Я решил, что если мы доберемся своими усилиями до Альвиса, то это будет знаком, что у меня все получится. — Перебил я новый слагающийся образ. — И это будет знак, что мы все правильно делаем.

— Вот ччч-ерт, говорила же, что надо было сразу моторку брать!

— А, Кана, тебе привет от папы. Мы подумали, что это будет символично. Если мы сегодня достигнем Альвиса…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107

РанееЗвездные медведи (колыбельная в прозе) ДалееРазлуки на время как профилактика разлуки навсегда

Читать похожее

Комментировать