Открытки от одиночества

Сервис

А я сам? О чем я мечтал с детства? Вот не помню. Мне нравится моя работа, но она не такая, как у Каны или Уины — я не жаждал ее с детства, я не знал с самых первых шагов, что мне суждено вырезать игрушки для туристов, как Кане — летать, а Уине — собирать травы. Просто слонялся по миру, встретил своего Старика-мастера, и он меня заразил этим увлечением. И я очень рад и благодарен ему. Наверное, он тоже занимался именно своим делом-мечтой, которая со временем стала и работой. А может и нет, потому что, насколько я сейчас помню, единственное, что Старик по-настоящему любил, так это валяться в гамаке и потягивать кокосовую бражку. Между резьбой по дереву и поваляться Старик всегда выбирал второе, а вот Уина, — тоже любительница выпить на выходные, — всегда выбирала свои травки.

Хотя, конечно, из этого не следует, что Старик был создан для того, чтобы лежать в гамаке и потягивать напитки. «Больше всего нравится делать» — это не критерий вообще, даже не знаю, что это я вспомнил, размышлял-то о том, как мечта и работа сливаются. Просто не знаю, случилось ли так у моего Старика? Или у моих родителей? Да и у меня самого?

Наверное, нет. Тут — одно из двух. Или я просто не нашел еще свою мечту, или не всем такое дано — быть созданным для чего-то и знать об этом.

Видимо, меня разморило или я так хорошо задумался, что очнулся, когда услышал шелест «входных» кустов и увидел Килана с двумя рабочими, которые тащили одну большую коробку и три маленьких.

— Стремянка есть? — спросил Килан.

— Лестница деревянная… — Я вскочил с дивана и устремился к гостям, перепрыгнув через бассейн. — Чем помочь?

— Так лестницей же!

— А, да! — Я засуетился, не сразу вспомнив, где у меня лестница, потом пошел в сарай сзади дома. На всякий случай забежал на кухню и прихватил табурет. — Пойдет такая?

— Не очень, но давай.

Двое рабочих забрались на лестницу и табурет и, переговариваясь, стали вешать «тарелку», а мы с Киланом прошли в дом.

— Ты еще отдохни полчаса, скоро все будет.

— Хорошо.

— И… — Килан замялся. — Если не сложно, сделай что-то перекусить, я весь день бегаю, не успел.

— Конечно, конечно. — Мне хотелось чем-то заняться, чтобы избавиться от этой невольной и ненужной суетливости, за которую уже сам себя ругал, но поделать ничего не мог.

Часа через полтора они управились. Подцепили тарелку и протянули оставшиеся провода действительно за полчаса, и еще час Килан чего-то колдовал с включенным экраном, который вместо привычных передач стал показывать сначала какие-то пустые квадраты, потом черные квадраты с текстом, а потом цветные картинки и рамки разного размера.

Вдруг в одной из рамок с белым фоном словно сами собой начали появляться картинки и текст, и я как-то невольно почувствовал, что именно этого Килан добивается уже битый час.

— Ну, наконец-то, — тут же подтвердил он мое озарение. — Что-то я в этот раз долго возился, никак не подключалось. Оказывается, эти дурни контракт не сразу активировали.

Килан сразу успокоился и от него перестало нести раздражительностью и осязаемым «не лезь!».

— Все, готово, можешь начинать щупать сеть. Вот тебе инструкция по управлению. Самая простая, основы сейчас покажу, а дальше — сам.

Килан усадил меня на диван перед экраном, а сам сходил за последней, самой маленькой сумкой. Достал из нее продолговатую коробку, из которой вытащил нечто, напоминающее противень с желе.

— Трясинка? — догадался я.

— Она самая, хорошая модель повышенной чувствительности, практически новая, только калибровку сделал. Короче, все просто. Погружаешь сюда правую руку, левую оставляешь свободной для жестов. Эта масса не пачкается, не бойся, просто целиком обтекает каждый палец, после чего каждое движение может стать командой для экрана. По умолчанию на пальцы повешены буквенные символы. Все десять. Движение пальцев вниз — символы нижнего ряда, вверх — верхнего. Очень просто. Если нужны цифры, то левой рукой делаешь вот такой знак, — Килан показал сведение указательного и большого пальцев, — после чего те же пальцы вводят цифры. Чтобы вернуться к буквам — разводишь пальцы обратно… Подожди, не шевели хаотично!

Я замер, удивленный десятку новых рамок, появившихся на экране.

— Попробуй что-то ввести, — сказал Килан, замысловатым жестом поубирав с экрана лишнее. — Вот тебе редактор текста, набери что-то.

— Что? — тупо спросил я. Тут, видимо, получилось, как бывает при фразе «скажи что-нибудь». После нее никогда не знаешь что сказать.

— Да что угодно. Подсказку выведу… — На экране внизу появилось схематичное изображение руки и символы над и под пальцами.

Я послушно стал шевелить в болотце пальцами, набирая незамысловатое предложение. Получалось медленно и с ошибками.

— Когда пишешь и хочешь исправить ошибку, то левой рукой делаешь вот такое движение. — Килан вытянул указательный палец и махнул им справа налево. Я попробовал. — Ничего, поначалу медленно будет, потом так наловчишься, что целое письмо за минуту сможешь нашевелить!

Верилось с трудом.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107

РанееЗвездные медведи (колыбельная в прозе) ДалееРазлуки на время как профилактика разлуки навсегда

Читать похожее

Комментировать