Виток клубка

Сервис

Мохини улыбнулась во сне, только сейчас поняв, что видит именно сон. А значит, она должна была скоро проснуться.

«Это вещий сон», — подумала она, еще держа на руках младенца, а через секунду она уже была в своей комнате и смотрела на первые лучики солнца, нерешительно пробравшиеся в комнату.

Мохини прислушалась. За стеной болтали «сестренки». Мохини разобрала только периодически повторяющиеся «Ну сколько можно спать?!» и хозяйские «Не будите, пускай отоспится после такой ночки!»

«Вообще-то, пока ничего такого и не было!» — весело подумала Мохини и сладко потянулась. Она еще долго нежилась в постели, пользуясь столь редкой возможностью. Она думала о будущем, о сыне, о том, что сегодня произойдет.

На минуту в уме Мохини проснулись сомнения: «А может, лучше Шанта?» И сразу Мохини ощутила смятение. Богатая семья, муж, положение…

«Нет!» — прикрикнула на себя Мохини. Она вспомнила месяц, плывущий перед ней, словно показывая дорогу, она вспомнила образ Шивы, явившейся ей там, за холмом, и то, как Шива превратился в Муни…

- Нет! — уверенно повторила Мохини и повернулась лицом к портрету Ашутоши. — Нет, Господи, я не отступлюсь!

И сразу в сердце Мохини вернулся покой. Она снова заулыбалась, тихонько потягиваясь и наблюдая, как солнце все смелее проникает в комнату…

Муни выбрался из Ганги, взял подстилку из священной травы куша, отошел подальше от того места, где спал, и сел медитировать.

Он проанализировал образы сна, зафиксировавшиеся в уме.

Обычно йоги не видят снов. Ведь сон — это игры необученного ума. А йога и неконтролируемый ум — несовместимые вещи. Когда тело расслаблено, а разум спит, ум часто берет верх и начинает играть образами. Это и есть сон, видение, отражение нереализованных желаний ума.

Муни впервые в жизни видел столь игривый сон, и выводы были неутешительными: йог терял контроль над умом.

Йог поморщился и отключился от внешнего мира, глубоко нырнув в мир собственного тонкого тела.

Муни открыл третий глаз. Теперь он снова мог видеть. Мир преобразился. Исчезла земля и небо, исчезла вода и воздух, деревья и холмы…

Вокруг… Нет, нельзя было сказать, что «вокруг». Потому что понятие пространства тоже исчезло. Не стало точек отчета, а, значит, исчезли объемы и расстояния. Впрочем, одна точка отчета осталась. И она же и стала всем. Тонкая струна ума, натянутая вне пространства, вне объема. И она же была всем, потому что дрожание струны создавала колебания, из которых и состоял тонкий мир. В этом мире не было ничего, кроме натянутой струны и ее колебаний.

Но вот в мире ума появилась еще одна точка отчета. Сам Муни, отделив себя от своего ума, невидимо проник в собственный тонкий мир.

Тонкая струна дрожала, распространяя «разноцветные» потоки. Они и становились миром «вокруг» струны. Но лишь условно вокруг, потому что эти потоки тоже были по сути той же самой струной…

Муни посмотрел со стороны на собственный ум-струну и увидел, как от нее тут же отделился мутный поток досады. Муни легко проанализировал причину, и тут же от струны отделился поток-улыбка. Оказалось, что ум раздосадовался, когда Муни «увидел» слишком частые колебания струны. То есть самого ума. И «улыбнулся» ум оттого, что Муни понял причину колебания-досады.

Муни сосредоточился, и попытался успокоить дрожание «струны». «Вокруг» сразу стало светлее и прозрачнее. Муни понимал, что его «внутренняя струна» сейчас сильно напряжена. Почти как у мирянина. В лучшие времена «струна» вообще не колебалась, или колебалась редко, не принося беспокойств хозяину. Это были времена хорошей медитации, когда «струна» была безупречно натянута, а значит, и тонкий мир был полностью прозрачен, без потоков и завихрений. Именно через такой тонкий мир, лишенный колебаний ума, можно видеть очень и очень глубоко, вплоть до трансцендентного мира Брахмана. А иногда даже можно было увидеть свет за брахмаджьоти…

Но сейчас тонкий мир Муни был подобен мутному озеру в сезон дождей, когда потоки воды поднимают со дна ил, муть и гнилые водоросли.

Муни усилием воли замедлил колебания «струны» и стал изучать потоки и завихрения. Те, что были условно дальше, относились к прошлому. Иногда потоки сохранялись годами. Вон очень далекий, но до сих пор не рассеявшийся водоворот обиды… Тогда Муни было три годика, и он без спросу взял купленные отцом фрукты, желая предложить их домашним божествам. А отец поймал его с корзинкой и, подумав, что сын украл фрукты для себя, наказал маленького Муни…

Йог давно забыл об этом случае, а поток сохранился. Где-то далеко, но сохранился. Муни «прошелся» по нему и рассеял. Потом вернулся к самой струне. Сейчас не время было заниматься старыми «волнами».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

РанееУход святого ДалееЖуткая жизнь

Читать похожее

3 комментариев

  1. Спасибо Вам за это чудо!
    Июн 10, 2011

    Спасибо Вам за это чудо!
    Прочитал, буквально, на одном дыхании!
    Как только появится такая возможность — куплю электронную версию, распечатаю и ознакомлю своих наставников и соратников.

    Лично на меня сильно повлиял эпизод, где Шанта наконец-то понял, чтО такое настоящая медитация; в этот момент у меня мелькнула мысль, что я тоже хочу это понять…

    Низкий Вам поклон.
    Да благословит Господь Вас и Вашу семью!

    С уважением, Павел.

    Ответить
  2. hela
    Июл 21, 2011

    Можно ли досрочно присвоить звание «ЛУЧШЕЕ» этой повести?
    Волшебно!Погружаешься в повествование и живешь им.И привязываешься)))И не жалеешь,что привязался.
    Максим,хотелось бы маленький словарик с Вашим толкованием упомянутых имен и терминов для непосвященных,можно отдельной статьей.

    Ответить
  3. Дмитрий
    Окт 11, 2011

    Произведение очень понравилось. С удовольствием прочитал бы продолжение.
    Заставляет задуматься : «Сколько жизней мне теперь предстоит хрюкать?»

    Ответить

Комментировать